Психика удерживается в абьюзивных отношениях не «вопреки разуму». Она удерживается благодаря разуму — потому что абьюзер годами методично строил систему убеждений, которая делает уход не только страшным, но и кажущимся невозможным. Чтобы выйти, нужно сначала увидеть эти ловушки с внешней стороны. Разбираем.
Страх уйти от абьюзера — это не иррациональный эмоциональный импульс, а следствие нескольких психологических механизмов: травматической привязанности, выученной беспомощности, когнитивных искажений и реальных внешних барьеров (финансы, жильё, дети, безопасность). В большинстве случаев жертва абьюза делает несколько попыток ухода до окончательного выхода — в среднем от 5 до 7 раз. Это норма процесса, а не признак слабости.
Ловушка 1. «Он изменится»
Самая распространённая и самая коварная. Коварная потому, что иногда правда кажется: изменился. После скандала следует «медовый месяц» — нежность, извинения, обещания, иногда даже слёзы и заверения о походе к психологу. Мозг видит: «Вот, он может быть другим. Значит, надежда есть».
Но это не изменение. Это третья фаза классического цикла абьюза, описанного Ленор Уокер ещё в 1979 году: нарастание напряжения — взрыв — примирение — «медовый месяц» — нарастание напряжения. Цикл повторяется. С каждым витком «медовый месяц» становится короче, фаза напряжения и взрыва — дольше и жёстче.
Настоящее изменение выглядит иначе. Человек сам (без давления после скандала) признаёт проблему, идёт к специалисту добровольно, работает с ней месяцами и годами — и главное, изменения видны не в словах после очередной ссоры, а в устойчивом поведении на протяжении длительного времени, без ситуаций, которые могли бы эту систему поведения «сломать» .
По клиническим наблюдениям, у абьюзера без нарциссического или антисоциального компонента при полноценной терапии устойчивое изменение возможно за 2-4 года. При нарциссических чертах у абьюзера и полном Нарциссическом расстройстве личности — крайне маловероятно. А клиенты чаще всего живут именно с нарциссическим типом абьюзера.
Признак того, что «изменение» — это манипуляция удержания:
Обещания даются после скандала, а не до Раскаяние интенсивное и драматичное, но без конкретных действий Через 2-8 недель цикл повторяется Ловушка 2. «Я сама виновата»
Эту убеждённость абьюзер формировал долго и методично. «Ты довела». «Если бы не ты...» «Сама виновата». Через полгода-год таких слов они становятся вашим внутренним голосом. И когда думаете об уходе, этот голос говорит: «А может, правда я что-то не так делаю? Может, просто нужно больше стараться?»
Это работа газлайтинга — систематического искажения реальности абьюзером. Подробно про механизм я разбирала в отдельной статье про газлайтинг — рекомендую прочесть, если узнали ситуацию.
Принципиально важно понимать: ответственность за насилие всегда лежит на том, кто его совершает . Всегда. Не бывает ситуации, в которой один человек «довёл» другого до того, чтобы тот его унижал, бил, запугивал или контролировал. Даже если вы кричали первой. Даже если вы ревновали. Даже если вы «спровоцировали». Это не оправдание для насилия. У любого взрослого человека есть выбор — ответить словами, уйти, прекратить общение. Выбор насилия — это его решение, не ваше.
После длительного абьюза чувство вины становится фоновым. Это часть симптоматики Комплексного ПТСР (К-ПТСР) — диагноза, который с 2019 года официально признан в МКБ-11. Работа с этим чувством вины в терапии часто занимает месяцы — но результат того стоит.
Ловушка 3. «Некуда идти»
Финансовая зависимость, изоляция от близких, отсутствие своего жилья — это не абстрактные проблемы, а реальные барьеры. Абьюзеры нередко создают их намеренно: лишают работы, ограничивают контакты с семьёй, контролируют финансы. Чтобы уйти было буквально некуда.
Но «некуда» не значит «невозможно». В России есть:
Кризисные центры и шелтеры для женщин с детьми (бесплатное размещение до 3 месяцев) Юридические консультации для жертв домашнего насилия Государственные социальные службы помощи в трудной жизненной ситуации НКО, специализирующиеся на помощи жертвам насилия (Центр «ИНГО», «Насилию.нет», «Китеж») Горячая линия для женщин 8-800-7000-600 (бесплатная, круглосуточная) Если физическая безопасность под угрозой прямо сейчас — 112 или 102.
Это экстренные ресурсы для ситуаций острой опасности. Но параллельно с использованием экстренных ресурсов нужна долгосрочная работа с психологом — потому что физический выход из отношений это только первый этап. Вторая и более длинная часть работы — восстановление психики, прошедшей через абьюз. Об этом ниже.
Ловушка 4. «Мне будет ещё хуже»
Страх неизвестности часто сильнее страха знакомой боли. Вы знаете, что сейчас плохо, но хотя бы знаете, чего ожидать завтра. А что будет снаружи? Одиночество? Финансовые проблемы? Осуждение родственников? Трудности с детьми?
Это нормальный страх. Но он основан на картине мира, которую часто рисовал сам абьюзер: «Без меня ты не справишься». «Ты никому не нужна». «Ты не сможешь одна».
С точки зрения когнитивно-поведенческой терапии это классическое катастрофическое мышление, усиленное годами газлайтинга. На практике: абсолютное большинство людей, ушедших из абьюзивных отношений, через 6-12 месяцев говорят одно и то же: «Я не представляла, что жизнь может быть такой спокойной. Я забыла, что значит не бояться».
Тревога перед уходом не означает, что уход опасен. Она означает, что ваша нервная система привыкла к постоянной угрозе и не знает, как работать в безопасной обстановке. Это состояние называется гипервозбуждением и является частью ПТСР/К-ПТСР. Проходит не сразу, но проходит.
Чтобы работать с этим страхом ещё до ухода и в первые недели после — освойте технику заземления 5-4-3-2-1 при тревоге . Это базовый инструмент для всех, кто работает с травмой.
Ловушка 5. «Дети не должны расти без отца или матери»
Одна из самых тяжёлых ловушек — потому что в ней есть настоящая любовь к детям. И это делает её особенно трудной для разбора.
Но вот что критически важно понимать: дети в абьюзивной семье страдают, даже когда взрослым кажется, что «они ничего не видят».
Они видят. И чувствуют. По данным исследований (Wolfe et al., 2003; NICE Guidelines on Domestic Violence, 2014), дети, выросшие в семьях с домашним насилием, имеют:
В 2-4 раза повышенный риск тревожных расстройств и депрессии во взрослом возрасте В 3 раза повышенный риск ПТСР Нарушения привязанности, которые влияют на их отношения во взрослом возрасте Усвоение модели отношений «насилие = любовь», что с высокой вероятностью ведёт к повторению паттерна: мальчики становятся абьюзерами, девочки — жертвами (или наоборот) Уйти — это не лишить ребёнка семьи. Это разорвать межпоколенческую передачу насилия . Показать ребёнку собственным примером, что взрослый может защитить себя. Что насилие не норма. Что достоинство и безопасность важнее «полной семьи» в закавыченном смысле.
Реальная задача при уходе с детьми — сделать это безопасно. Юридически подготовленно, с планом по коммуникации со вторым родителем (ограничение, безопасное общение, в тяжёлых случаях — лишение родительских прав). С этим работают семейные психологи и юристы.
Ловушка 6. Стыд
«Что люди скажут». «Я не хочу, чтобы все знали». «Это моё личное дело». «Меня осудят».
Стыд — главный союзник абьюзера. Пока жертва молчит из стыда, насилие продолжается в закрытых стенах. Пока жертва не рассказывает даже близким — изоляция становится ещё глубже.
Важно разделить: стыд за то, что с вами произошло , и стыд за то, что вы сделали . Первое — это интернализация вины, которую навесил абьюзер. Второе — нормальное чувство при реальных ошибках (которых в абьюзивной ситуации вы не делали, если только не речь о применении ответного насилия к детям, с чем тоже работают отдельно).
Вы не виноваты в том, что с вами происходит. Вы не заслужили это. Вы не «сами выбрали такого». И ваша ценность не определяется тем, что делал с вами другой человек.
Один из мощных инструментов работы со стыдом - EMDR-терапия , которая помогает переработать травматические воспоминания, удерживающие чувство стыда. Также работают схема-терапия, гештальт и когнитивно-поведенческий подход.
Ловушка 7. Травматическая привязанность
Седьмая ловушка — биохимическая. О ней редко говорят в массовой литературе, но она часто оказывается сильнее всех остальных.
В абьюзивных отношениях насилие и близость чередуются непредсказуемо. «Плохие» периоды сменяются «хорошими» — часто после вспышек абьюза идут периоды раскаяния, нежности, подарков. Мозг формирует привязку не вопреки этим циклам, а именно благодаря им. Это классическое непредсказуемое подкрепление по модели Скиннера — тот же механизм, что работает в игровых автоматах.
Непредсказуемая награда создаёт самую сильную привязку. Поэтому уход от абьюзера ощущается как абстинентный синдром: физическая тяга вернуться, неспособность думать о чём-то другом, тело и психика «ломаются» от отмены привычного цикла.
Это проходит за 4-8 недель при полном отсутствии контакта (правило no contact). Но только при условии, что вы не сорвётесь на 3-й или 20-й день. Подробно про этот механизм и что с ним делать — в моей статье про жизнь после абьюза: как начать заново .
Как выглядит выход изнутри
Снаружи советы звучат просто: «Просто уйди». Изнутри это почти никогда не бывает «просто». Уход — это процесс, а не одномоментное решение. В среднем жертве абьюза требуется от 5 до 7 попыток выхода, прежде чем уйти окончательно (по данным National Domestic Violence Hotline, 2020).
Что реально помогает:
1. Психотерапия начинается ДО ухода, а не после. Самая частая ошибка — «я сначала уйду, потом разберусь». На практике: без поддержки со стороны специалиста выйти и удержаться вне отношений очень сложно. Психолог помогает увидеть ловушки, работать с травматической привязанностью, планировать безопасный выход, стабилизироваться в первые недели после.
2. План безопасности. Собрать документы (паспорт, свидетельства о рождении детей, карты, копии). Отложить немного денег на отдельный счёт, о котором не знает абьюзер. Согласовать с 1-2 доверенными людьми возможность временного проживания или помощи. В идеале — подготовить жильё заранее.
3. Поддержка вне пары. Восстановить контакты с близкими, которых абьюзер постепенно отрезал. Не нужно сразу рассказывать всё — даже просто возобновить общение с мамой, сестрой, подругой. Вам будет нужна эта опора.
4. Работа с К-ПТСР. Если вы в отношениях были несколько лет, с высокой вероятностью у вас уже развивается Комплексное ПТСР . Это отдельный диагноз по МКБ-11 и лечится он по фазовой модели, а не стандартными протоколами депрессии.
5. No contact после выхода. Полный отказ от общения с абьюзером в первые 4-8 недель критичен. Иначе срабатывает травматическая привязанность и есть высокий риск возврата. Если есть общие дети и по закону обойтись без общения нельзя — общение только через юриста, только письменно, только по делу.
К какому психологу обращаться
Работать с темой абьюзивных отношений может не любой психолог. Обычная поддерживающая терапия здесь не справится. Нужна специализация на травме и опыт работы с последствиями абьюза.
На что обратить внимание при выборе:
Психолог имеет обучение в одном или нескольких травма-фокусированных методах: КПТ, EMDR, схема-терапия, сенсомоторная психотерапия, IFS Есть опыт работы именно с абьюзом и Комплексным ПТСР Понимает фазовую модель работы с травмой (стабилизация — проработка — интеграция) и не пытается с первых сессий «разбирать травму» Не настаивает на «спасении отношений», если вы приходите с решением уйти Не даёт инструкций «что делать» без работы с вашим состоянием Если вы сейчас в такой ситуации — записывайтесь ко мне на консультацию через профиль Ксении Ахмедовой на «Ментальных Людях» . Моя специализация — работа с последствиями нарциссического абьюза, токсичных отношений, К-ПТСР, планирование безопасного ухода. Работаю в интегративном подходе: КПТ, схема-терапия, гештальт, элементы EMDR. Принимаю онлайн по всей России и СНГ. На первой встрече — диагностика вашей ситуации, план безопасности и план психологической работы. Это не обязывает продолжать — но вы получите структуру, с которой идти дальше.
При угрозе физической безопасности прямо сейчас — 112 или горячая линия 8-800-7000-600.
Часто задаваемые вопросы
Как решиться уйти, если каждый раз откладываю?
Ожидание «правильного момента» — одна из форм избегания, запускаемая страхом и травматической привязанностью. Идеального момента не будет. Работает стратегия маленьких шагов: сначала позвоните психологу и запишитесь на первичную консультацию, параллельно поговорите с одним доверенным человеком, начните собирать документы. Каждый маленький шаг снижает блокировку. Большинство людей уходят не после «озарения», а после накопления множества маленьких действий, подготовивших реальный выход.
Что делать, если абьюзер угрожает причинить вред мне, детям или себе, если уйду?
Угрозы суицидом или насилием — это одновременно манипуляция удержания и маркер реальной эскалации опасности. Риск насилия со стороны абьюзера резко возрастает именно в период, когда жертва собирается уходить или ушла. Не оставайтесь с этим в одиночку: немедленно обратитесь в кризисный центр для разработки плана безопасности, подготовьте документы в тайне, согласуйте временное жильё. При прямой угрозе жизни — 112. Если угрожают суицидом — это ответственность его близких и медиков, а не ваша. Вы не можете «удерживать» другого взрослого человека от суицида ценой своей жизни.
Что делать с детьми при уходе — забирать сразу или сначала уходить одной?
Уходить без детей небезопасно с юридической точки зрения: это может быть потом использовано против вас в суде как «оставление детей в опасности». Оптимально — уходить вместе с детьми, желательно после предварительной консультации с юристом по семейному праву. В кризисных центрах принимают матерей с детьми. В тяжёлых случаях домашнего насилия можно обратиться в полицию для сопровождения при сборе вещей и вывозе детей. Юридическая консультация доступна бесплатно через центры помощи жертвам насилия.
Сколько нужно времени, чтобы восстановиться после ухода от абьюзера?
Острая фаза (дофаминовая ломка, тревога, навязчивые мысли) длится 4-8 недель при полном отсутствии контакта. Стабилизация — 3-6 месяцев. Глубокая проработка с психологом — от 1 года до 2-3 лет в зависимости от длительности абьюза и наличия К-ПТСР. Это долго, но каждый этап ощущается как заметное улучшение. К первой годовщине ухода у большинства клиентов уже другая жизнь, даже если работа продолжается.
А вдруг он правда изменится, если уйду и он поймёт, что потерял меня?
Абьюзеры действительно часто «возвращаются с другим поведением» после ухода партнёра. Это называется hoovering — попытка «засосать обратно». Период «другого поведения» обычно длится 2-6 месяцев, пока абьюзер не чувствует, что партнёр снова «на крючке». После этого цикл возобновляется, часто в более жёсткой форме, потому что абьюзер расценивает возврат как доказательство своей власти. Статистически: возврат в те же отношения с тем же партнёром ведёт к эскалации абьюза в 90% случаев.
Как понять, что я не сама виновата в том, что происходит?
Критерий простой: вы когда-нибудь били своего партнёра? Унижали на людях? Контролировали его деньги и передвижения? Если нет — вы не виноваты в том, что делает он. Даже если кричали в ответ. Даже если «первой начали» какой-то конфликт. Крик не оправдывает побоев. Конфликт не оправдывает унижений. Ответственность за способ реакции несёт тот, кто выбирает этот способ. Это базовый принцип, и в терапии с работой вины и стыда часто занимает несколько месяцев.
Куда идти, если нет денег и жилья?
Кризисные центры принимают бесплатно на срок до 3 месяцев. В Москве — центр «Маленькая мама», «ИНГО», «Насилию.нет». В Санкт-Петербурге — кризисный центр помощи женщинам. В регионах — искать через горячую линию 8-800-7000-600, там дадут контакты ближайшего. Параллельно можно подавать документы на материальную помощь в социальной защите, на алименты (если брак), на долю имущества. Юридические НКО часто работают бесплатно с жертвами насилия.
Что ещё почитать по теме
Статья обновлена: 22 апреля 2026. Автор: Ахмедова Ксения Константиновна, психолог.
Телефон:
Пока нет отзывов
Будьте первым, кто оставит отзыв.